|
Новости из
ВЯТКИ / 31 августа-01
Книжный шкаф::
Каравелла Владислава Крапивина
Лауреат
российской литературной премии имени А.С.Грина 2001 года В.П.Крапивин,
оказывается, корнями вятский
В Киров он приехал с зайцем Митькой,
тряпичной игрушкой-талисманом, без которой ни в одну поездку не
отправляется. И рассказывал, как Митька спас одного мальчика
от верной гибели, когда две шхуны столкнулись на одном из уральских
озер, как не раз помогал ему, писателю Владиславу Крапивину, в ситуациях
сложных и опасных.
Но в Кирове Владиславу Петровичу беспокоиться было не о чем. Во-первых,
здесь в торжественной обстановке глава администрации города В.А.
Киселев вручил ему престижную всероссийскую литературную премию
имени А.С. Грина. Во-вторых, как выяснилось, Вятка не чужой уральскому
писателю город - здесь родилась его мама, Ольга Петровна Печенкина,
сюда на жительство в 1914 году приехал его отец, Петр Федорович
Крапивин...
А сам писатель родился в октябре 1938 года в Тюмени и, вспоминая
тюменское детство, рассказал о своей первой встрече с творчеством
Александра Грина, встрече, которая все в его жизни определила...
- Сорок пять лет назад, в мае 1956 года, я заканчивал десятилетку
и от полноты чувств мчался по тюменским улочкам на велосипеде. Ехал
куда глаза глядят, а приехал на вокзал и, остановившись у книжного
лотка, увидел синий томик с земляничными парусами на обложке и стремительным
росчерком - "Александр Грин". Тут же, на привокзальной
скамеечке, прочитал первые страницы, начиная с предисловия Паустовского.
Навсегда вошли в мою жизнь Фрези Грант и капитан Дюк, феерия "Алые
паруса" и рассказ "Гнев отца". И я уже знал тогда,
в пятьдесят шестом, что буду писать рассказы о парусах особенных
ветров.
- Вы учились в Уральском университете, на факультете журналистики...
- И первую свою повесть о Стране Синей Чайки написал будучи
первокурсником, в 1957 году, вернувшись в Свердловск после двухмесячной
поездки на целину. Потом долго думал, включать ли ее в двадцать
шестой том собрания своих сочинений. И все-таки включил, объединив
рассказы из студенческих тетрадей названием "Восьмая звезда".
Потому что решил: литературные герои ранних произведений были друзьями
моей литературной юности, помощниками в попытках найти писательскую
дорогу. Было бы как-то не по-товарищески лишить их единственной
возможности встретиться с читателями.
- Двадцать шесть томов - это солидно, особенно в наше время...
- На самом деле томов будет тридцать, просто двадцать шестой
вышел недавно и как раз угадал к Гриновским дням в городе Кирове,
к вручению российскойпремии имени Александра Грина. И, должен сказать,
премия эта - самая главная для меня награда. Потому что творчество
Грина, его герои и судьба сопровождают меня всю жизнь, выручают,
подталкивают к решительным поступкам.
Помню, однажды стоял на краю парашютной вышки и отчаянно трусил.
Но потом обругал себя: "Что ж ты тут топчешься, что подумают
о тебе бесстрашные и сильные гриновские герои?" И чтобы вы
думали - я сиганул вниз!
А алые паруса, которые увидел в вашем музее Грина, напомнили мне
три красных треугольника на эмблеме детского клуба "Каравелла",
созданного мной еще в 1965 году. Они были сделаны из пионерских
галстуков, но мы всегда говорили, что это алые паруса Грина. В ЦК
комсомола ругали: "Это символ единения трех поколений, а не
какие-то гриновские паруса!" Но мы стояли на своем, утверждая,
что это три красных кливера с гриновских кораблей...
- А в наши дни было бы возможно создание такого клуба, имевшего
статус пресс-центра, парусной флотилии и пионерской дружины, главными
направлениями которого были журналистика, морское дело и фехтование?
- Конечно, возможно, но при одном уcловии - чтобы я был таким
же молодым, как в шестьдесят пятом. Я же встречаюсь с ребятами,
юными читателями и могу заверить - у нас прекрасная молодежь, юношество.
Конечно, есть люди и с агрессивными задатками, но есть масса ребят,
которые по-прежнему читают книги и предпочитают роскошь человеческого
общения материальным благам. Для них настоящая дружба дороже "мерседесов",
холодильников, заграничных поездок и тряпок.
- Вами написано более двухсот книг, все они пользуются популярностью
у юных читателей. А в ближайшее время чем их порадуете, что сейчас
у вас на письменном столе?
- Работаю над циклом полудокументальных повестей о встречах
с писателями, о путешествиях и приключениях. Например, начал повесть
"Пистолет генерала Унинского".
Она о сподвижнике Костюшко, но сюжетных завязок в ней много. Пишется
довольно-таки светлая жизнерадостная сказка "Колесо Перепелкина".
Давно хотелось написать вещь безоблачную, радостную, а то в мемуарах
всякого хватает, в том числе и сумеречных сторон жизни.
- Стало быть, и действительность подсказывает темы автору циклов
"Сказки о парусах и крыльях", "Мушкетер и фея",
"В глубине Великого Кристалла", "Острова и капитаны",
"Сказки и были Безлюдных пространств"?
- Еще как подсказывает. Один из последних романов, за который
я получил премию "Малая Урания", вещь довольно суровая:
четыре трупа, автобус взорвался... А премия, между тем, за лучшее
гуманистическое произведение года. Но, может быть, в наши дни четыре
трупа - не так много, тем более что все четверо мерзавцы.
- Вы пишете ручкой, на машинке или уже освоили компьютер?
- Вы знаете, до последнего времени писал ручкой. Но все в старости
впадают в детство. А мое детство было военным, голодным, с ревматизмом.
Вот ревматизм и вернулся, стали распухать пальцы, и я обнаружил,
что не могу разборчиво написать ни одного слова. И поступился принципами
- сел за компьютер. И написал уже - а куда деваться? - большой роман
и несколько повестей.
- Встреча с Вяткой подтвердила ваши ожидания?
- Я прежде бывал здесь только проездом. А нынче как в гриновскую
сказку попал. Всего несколько раз прошел по улицам, а меня уже узнают.
Словно я жил здесь недавно, потом уехал и вот вернулся. Мне было
легко сродниться с городом, о котором я столько слышал из рассказов
матери. Жаль только, дом, в котором она жила на улице Урицкого,
не сохранился. Дом № 13 стоит, а на месте дома № 15 уже коттедж...
А между тем в этом доме еще тетушка жила - ей было почти сто лет.
И отец сюда приходил, когда с мамой встречался. Потом они поженились,
и я вполне мог бы родиться здесь, в Вятке. Но в тридцатом году над
отцом - он в Вятку приехал из Вильнюса в девятьсот четырнадцатом
- вдруг сгустились тучи. Сосед предупредил, что лучше уехать, утром
могут прийти и арестовать...
- На вечере в Доме-музее Грина одна из читательниц заметила,
что ее сын после ваших повестей и романов стал читать гриновские
произведения. Вас такое движение устраивает?
- Меня все устраивает! Когда меня, начинающего писателя, упрекали
в том, что я подражаю Гайдару, я обижался, когда говорили, что подражаю
Грину, - гордился. Потому что совершенно искренне полагаю: Александр
Степанович - это вершина. А что касается вашего вопроса и реплики
той женщины... Пусть читают: Паустовского, Грина, Пушкина, Гоголя!
Лишь бы читали - это самое главное. И потому хочу пожелать всем
- любите книги, не верьте, что они устарели. Книги вечны.
Исполненные романтизма, светлых идеалов борьбы за торжество добра
и справедливости, книги Владислава Петровича Крапивина, лауреата
премии Ленинского комсомола, российской премии имени А.С. Грина,
члена Союза писателей России, включены в "Золотую библиотеку
произведений для детей и юношества", "Библиотеку приключений
и фантастики", "Библиотеку мировой литературы для детей",
в 26-томную серию "Избранные сочинения русских писателей для
подростков", которая вышла в Японии. А тридцатитомное собрание
сочинений уже анонсирует "Лужайки, где пляшут скворечники",
цикл "Золотое колечко на окраине тьмы", стихи разных лет...
И новые встречи с писателем, творчество которого не оставляет равнодушными
ни детей, ни взрослых, обещаны - его уже пригласили наши детские
и юношеские библиотеки...
Николай ПЕРЕСТОРОНИН
"Вятский край"
|
