Далекое-близкое
"Лучшее, что у нас было с тобой"

Блиц-опрос
"Мама, нас отправляют в Южную Осетию"

Город
Куда уходит мусор? - В контейнеры горожан

Новости из ВЯТКИ / 15 августа:
в Лузском районе появился памятник умирающей деревне | жителям Кирова предстоит провести сутки без воды | "золотая молодежь" устроила погром в Орловском районе | гражданина Вьетнама Ле Ван Хиепа во второй раз выдворили из Кирова | на Вятке - свадебный бум: во всем виновата нумерология

Далекое-близкое::
Лучшее, что у нас было с тобой...

Конечно, все началось не со стихотворения. Но раз уж оно теперь есть, с него и начну. Тем более что рефрен “Вятка, которую мы потеряли” не столько строка, сколько плод нескончаемых размышлений. О судьбах городов, сел и деревень, которые были когда-то в границах Вятской губернии, да отошли к другим регионам. О людях, которые не утратили вятскости, обосновавшись в столицах других краев, но возросли в призвании своем до высот в Вятке, может быть, и недостижимых...

В милом отечестве
ладно едва ли,
Карту державную снова
кроим.
Вятка, которую мы
потеряли,
Как Украине подаренный
Крым.
Жили своим и чужого
не брали,
Хлеб выпекали да ладили
храм.
Вятка, которую мы потеряли,
Где-то в Елабуге встретится
нам.
В Сернуре где-то,
в Ижевске... Пора ли
Вновь по крупинкам
ее собирать?
Вятка, которую
мы потеряли...
Если бы ведать,
если бы знать!..
Господи, даже стихи
вспоминали,
Верили, с прозой один
на один -
Вятку, которую мы потеряли,
Гребнев напомнит,
воспомнит Крупин.
Только и делали - слову
внимали
И затвердили почти
навсегда:
Вятка, которую мы
потеряли, -
Чистое поле, живая вода.
Долго на родине родину
ждали,
Предпочитая не спорить
с судьбой.
Вятка, которую мы потеряли,
Лучшее, что у нас было с тобой.
Господи, как мы ее поминали!
Как почитали! Да светом в окне...
Вятка, которую мы потеряли,
Не возвращается даже во сне.
Нажили сами и сами отдали...
Или украли?! Простится ли нам
Вятка, которую мы потеряли, -
Хлебная площадь
и взорванный храм?

На Хлебной площади в Вятке стоял Александро-Невский собор. Творение ссыльного архитектора Александра Витберга, он украшал губернский город с 1864 года, но в 1937-м году был взорван. И представляется теперь символом Вятки, которую мы потеряли и которую, в общем-то, вернуть нельзя. Хотя разговоры о его восстановлении, конечно же, были. Но заканчивались, как правило, ничем, казались беспредметными и напоминали по большей части ностальгические воспоминания о Елабуге, Сернуре, Ижевске, Глазове, Воткинске, отрезанных ломтях Вятской земли, таких же невозвратных...
Хотя почему “отрезанных”? Не Аляска же в конце концов, и имена Заболоцкого, Чайковского все теснее нас связывают. Да и два разговора об Александровском храме были очень даже предметными, поскольку велись с архитекторами. Один, Владимир Ильич Шкляев, подарил свой плакат: над вросшей в асфальт филармонией будто белыми нитями шит абрис Александро-Невского собора. И второй, Евгений Львович Скопин, сказал, как отрезал: “Пока она тут, нечего дебатировать!”, филармонию опять же имея в виду...
Место занято, понятно. Но именно беседа с Е.Л. Скопиным, главным архитектором проектной научно-реставрационной строительной фирмы “Анфилада-Р”, прибавила оптимизма. Почему? Да потому, что говорили мы о Свято-Михайловском соборе, который год назад, в августе 2007 года, восстановили и освятили в Ижевске. Прекрасный и величественный, устремившийся ввысь серебряными башенками, увенчанными золотыми маковками с золотыми крестами, в прежней красе на прежнем месте, благо фундамент уцелел - был он построен заново, как раз к 100-летию освящения Михайловского храма. Построенного по проекту вятского архитектора Ивана Аполлоновича Чарушина в 1907 году и взорванного - когда бы вы думали? Да в том же 1937 году, как и Александро-Невский собор в Вятке, ставшей к тому времени уже Кировом...
- Крестообразный план, наличие обходной галереи, активное использование опоки, всефасадность восприятия, центричность композиции, - говорит кировский архитектор Скопин о некоторых особенностях архитектурного решения сотворенного Чарушиным Михайловского собора. Евгений Львович знает предмет разговора: к воссозданию этого храма он и фирма “Анфилада-Р” имели самое непосредственное отношение: курируя Удмуртию “в плане архитектурной реставрации», выиграли тендер в Ижевске и готовили всю специальную документацию по восстановлению Свято-Михайловского собора. Но, переходя к характеристике творения Витберга, заказа на воссоздание которого никто не давал, с тем же знанием дела говорит Е.Л. Скопин о той же крестообразности, всефасадности и центричности, но уже применительно к Александро-Невскому собору.
- Конечно, наш массивнее, его и строили двадцать пять лет. А Михайловский сложили за десять, но простоял он всего тридцать годков. В отличие от Александро-Нев­ского, который тоже не век выстоял, но свои семьдесят никому не отдал. Композиционно же они схожи и по значимости, по цензу адекватны. Но разница в том, что у нас в Вятке идея восстановления Александро-Невского собора то витает, то вянет. А в Ижевске взяли и решили осуществить. И справились буквально за три-четыре года, воссоздавая храм заново, с прежнего фундамента, сохранившегося под землей на глубине двух метров...
Три - четыре года? Что-то знакомое. Ах да - Оптина пустынь, Тихонова слободка, благословенная Калужская земля. Там тоже храмы буквально с нуля возводят за три-четыре года. За двенадцать лет, что не был в Оптиной, там появились три храма и часовня. В Свято-Тихоновом монастыре, что в селе Льва Толстого, тоже три храма построено. И на месте великого стояния на Угре храм строится...
- Три-четыре года - это обычная практика, - говорит Евгений Львович. - Как правило, люди, которые берутся за воссоздание таких объектов, пребывают у власти именно столько времени. И никто не решится взяться за дело, если строительство храма не укладывается в срок полномочий главы города, губернатора, президента республики. В Вятке же все происходит гораздо медленнее. Даже на то, чтобы “раскачать” строительство такого небольшого объекта, как часовня у Раздерихинского оврага, ушло девять лет. Подумайте - девять лет! С момента первой публикации о необходимости восстановления Михаило-Архангельской часовни, со времени выполнения нами эскизного проекта. Мы и потом, чтобы как-то ускорить дело, по собственной инициативе выполняли некоторые работы за свой счет, восстановили фундаменты, подготовили опочный цоколь. И все равно - пять заказчиков сменилось, интерес к часовне то просыпался, то затухал. А ближе к 625-летию города Кирова дело пошло, и фирма “АРСО”, начав работы в марте, за неполных четыре месяца справилась с ними.

Сколько стоит храм построить...

Справедливости ради надо сказать, что и в Ижевске поначалу не все так быстро было. Подключить “Анфиладу-Р” к созданию документации на воссоздание Михайловского собора пытались еще в 1994 году, когда мэрия Ижевска удовлетворила просьбу Ижевской и Удмуртской епархии о закреплении за Русской православной церковью участка земли, на котором размещался Свято-Михайловский собор. Потом министерство юстиции Удмуртской Республики зарегистрировало устав Свято-Михайловского прихода. Потом проходили благотворительные вечера, средства от которых передавались в фонд строительства Свято-Михайловского собора. Еще были проведены раскопки 15-метровой части периметра фундамента храма, принималось решение об освобождении площадки под строительство собора и подготовке рабочей документации...
И только в 2000 году о начале возрождения Свято-Михайловского собора заговорили на более высоком уровне: председатель Госсовета Удмуртской Республики упомянул об этом в письме к управляющему Ижевской и Удмуртской епархии, было принято постановление президиума правительства и Государственного совета Удмурт­ской Республики о воссоздании Свято-Михайловского собора. С тех пор раскопки по уточнению конфигурации фундамента дивного храма стали называться уже археологическими, заседания Попечительского совета стали более регулярными и практическими. Решение об открытии специального фонда возрождения собора подкреплялось призывом к руководителям предприятий, организаций, к жителям республики вносить свои пожертвования. А приказ об утверждении состава и порядка работы конкурсной комиссии по выбору проектной организации был не только подготовлен, но и выполнен. Во всяком случае в январе 2004 года министр строительства, архитектуры и жилищной политики Удмуртии докладывал на заседании Попечительского совета: проведен комплекс геологических работ, утверждено место строительства, определены заказчик и застройщик, заканчивается разработка проектной документации...
Теперь, в августе 2008-го, Е.Л. Скопин говорит о Михайловском соборе:
- Поднять такой объект непросто. Во-первых, должны быть заинтересованы первые лица. Во-вторых, финансовые возможности, там они выше. В-третьих, уровень строительной культуры, организация...
- А цена вопроса?
- Навскидку - 50 миллионов, не меньше. Можно, конечно, уточнить, но сумма в любом случае будет приблизительной. Начинались работы под флагом удешевления, но все старались их удорожить, чтобы выгодно было и строителям, и другим участникам. Потом ведь кто-то мог жертвовать суммы, которые не учитывались. Случается, и бартер применяется, как у нас на строительстве храма во имя мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии.
“Сколько стоит храм построить?” - спрашивал я у других людей, причастных к реставрационно-строительным работам, к охране объектов культурного наследия Кировской области. Называли и 200 миллионов рублей, и 250. Но все равно же не дороже денег! Да с использованием современных технологий, стройматериалов, которые могли бы удешевить процесс, ускорить его. А культура строительства, организация дела, убежден, у нас не хуже...
- Работы могут быть успешными только в том случае, если в этом будет заинтересована, скажем, корпорация богатых предпринимателей. Либо первые лица региона, но с привлечением богатых инвесторов, возможно, не только российских, - настаивает Е.Л. Скопин. - Огромную роль играет амбициозность тех, кто затеет такое дело, как воссоздание храма уровня и значения Александро-Невского собора. А финансовая проблема надуманна, она станет чисто организационной, если ввести, скажем, некий местный налог, по рублю с человека в месяц, доходчиво объяснить людям, что, куда и зачем, в полном объеме и по назначению использовать эти средства...
Нет, что ни говорите, а разговор о Свято-Михайловском соборе, воссозданном год назад в Ижевске, в силу своей практичности прибавил уверенности, что когда-нибудь то же самое может произойти и с Александро-Невским собором в Вятке. Даже притом что инициатива пока исходит снизу и от тех, у кого действенных рычагов для перевода задуманного в практическое русло нет. Даже притом что место, где стоял собор, занято. Все же не случайно! Красочный, информационно насыщенный альбом “Свято-Михайловский собор” подарили со словами: “Нужно в Кирове нечто подобное воссоздать...” И знакомец один из неближнего зарубежья смотрел-смотрел на плакат Владимира Шкляева с изображенным на нем, будто спускающимся с небес белым образом храма Александра Невского и сказал: “Как у нас в Сирии - красиво и величественно... Это где?” Я объяснил, как мог, про Хлебную площадь, стоявший на ней до 1937 года Александро-Нев­ский собор и занявшую его место филармонию. Про филармонию он не понял, а про храм сказал: “Надо восстановить...”
Будем считать, что дорога к этому храму у нас только начинается. К храму, который читатели “Вятского края” в прошлом году назвали одним из семи чудес Вятки. И вот ведь что интересно: ко всем чудесам вятским можно прикоснуться, прийти. Потому что Великорецкий крестный ход есть, Трифонов монастырь, дымковская игрушка, Александровский сад, скала “Часовой” и даже местонахождение парейазавров есть, а Александро-Невского собора нет. Согласитесь, неладно как-то... Воссоздание его и станет возвращением Вятки, которую мы потеряли. Не символическим, не на уровне воспоминаний, а настоящим, подлинным.

Николай Пересторонин.
"Вятский край".