Общество
Одна счастливая деревня

Сегодня
Уничтожив химоружие, начать новый проект

Вятский лес
Лес взяли, лес перепродали?

Новости из ВЯТКИ / 25 марта :
губернатор Никита Белых представил новый состав правительства области, который он намерен представить на утверждение Законодательному собранию | прошло очередное заседание рабочей группы по изучению общественного мнения по возвращению Кирову исторического имени | больничные палаты в Кильмези отремонтируют предприниматели | цены в апреле: молоко подешевеет | футбол: "Динамо" начинает сезон в Ульяновске

Общество::
Одна счастливая деревня

Может ли вятская глубинка разродиться чем-то незаурядным, научиться достойно принимать комплименты в свой адрес и сделать себе имя на усердии и трудолюбии? Кто сказал, что маленькая школа - это ошибка природы и народного образования? В Филейской школе-интернате решили доказать обратное...

Из рая - с любовью

От Фаленок до деревни Филейки километров двадцать отличной дороги, а далее машина начинает скакать по-козьи по грунтовке. Весной и осенью сюда, как в песне поется, “только самолетом можно долететь”. Хотя это художественное преувеличение, конечно. Рейсовый автобус в областной центр ходит четыре раза в неделю, иной раз - через Уни, так удобнее. Филейка - деревня красивая, большая, улиц в ней много: Полевая, Красносельская, Аллейная. И людей много по нынешним меркам. Детей тоже хватает: в одной только школе-интернате 79 человек учатся. Из Зуевки, из Фаленок и даже из самого областного центра приезжают.
Была здесь во времена стародавние коммуна - объединили деревни Саргачи, Сатюки и еще одну со смешным названием Котенки, так получилась Филейка. Что это название обозначает - никто толком объяснить не может, ни один лингвист, ни один краевед. Зато фаленскую Филейку часто путают с кировской, и когда директор интерната Николай Злобин, приезжая на совещания в областной центр, просит иной раз отпустить его пораньше - мол, дорога плохая и Филейка далеко, те, кто не в теме, его понимать отказываются, смеются. А чего смешного-то?
Николай Гаврилович никаких усмешек и упреков в адрес своей деревни не принимает. Он родился здесь и вырос, в доме напротив школы. Сирота. С теткой жил. У той на Филейке тоже “пуп резан”. Это она его научила Филейку любить. Все рассказывала, какой здесь рай был: два пруда, речка, сосновый бор, березы, посаженные “по линеечке”, как в немецком парке. А какой яблоневый сад! Красоту испортили большевики - бульдозером по приказу председательши колхоза все яблони столкнули к реке, выстроили на этом месте скотный двор. Господь, видать, рассердился на людское самоуправство, и с той поры в Филейке яблоки не вызревают. Отцветут по весне белым и розовым - и все, песенке конец. Приезжали ученые из области и отовсюду, феномен филейский исследовали, вынесли вердикт: склон не тот, вода близко, в почве железа много. Но раньше-то “природные компоненты” такие же были, а яблоки вы­зревали - по кулаку, ветки обламывались. Помидоры на корню краснели, а теперь и в теплицах плохо растут, вот она, загадка-то.
Впрочем, Николаю Злобину эти растениеводческие ребусы решать недосуг. У него на первом месте дети и школа. И хозяйство немалое: сто гектаров земли, огород, пасека, “кроличья” ферма. Мед свой, мясо свое, овощи-фрукты - тоже свои. Мальчишек учат работать по-взрослому, готовят заправских трактористов, а по окончании школы еще и права мотоциклиста выдают. А ведь как все начиналось-то - страшно вспомнить!

Чем полезна Красная площадь

Николай Злобин учителем родился. Учителем-многостаночником, я бы сказала. Без иронии, а с чувством глубочайшего уважения к этому человеку. В юности он вел в Поломе физкультуру, химию, историю. После армии в Красносельской школе к вышеозначенным предметам прибавился немецкий язык. Заочно закончил Кировский пединститут, стал директором школы. А потом началась вся эта ерундистика со сселением, народ из деревень побежал, школу за­крыли. Словом, там много каких сюжетов получилось - забавных и не очень, пока не принялся Злобин строить школу у себя в Филейке.
Приехал в Киров за помощью, направился по всем властным кабинетам: мол, была у нас в деревне школа, старая, деревянная, надо строить новую. Но переговоры с начальниками шли плохо: кому нужна твоя школа, Гаврилыч, скотный двор важнее. Он дошел до обкома партии и, когда его тормознули, вскипел: “Я вам сюда первоклассников приведу, посажу в приемной! Я до Москвы дойду со своими первоклассниками - всех на Красную площадь выпущу!” Перед Красной площадью местная власть спасовала. Школу начали строить. И опять заморочки: перекрытия надо класть, и вдруг “указивка” сверху - Зуевке срочно нужен подъемный кран. Злобин прибежал к школе, а у крана уже стрелу опустили. Опять выручили дети: они сели на стрелу и заревели. Крановщик - в ужасе, ругается как сапожник - это, ек-макарек, Нагорный Карабах какой-то. А дети на стреле сидят и уходить не собираются. Так и не забрали кран, пошла стройка дальше. А времена тяжелые, в бюджете - лимиты, разумеется, на все хорошие материалы. А что негожее, отправляли в Филейку. Вот тогда, чтобы не унижаться больше, решил Злобин создать производственные бригады. Решил по-хозяйски: появятся у школы деньги, появятся и возможности покупать качественный товар.
Первая бригада родилась в 1983 году. Выращивали картофель, травы, зерновые, отчеты сдавали в роно, сколько-то раз даже получили удобрения и деньги на ГСМ. Совхоз подарил два трактора, прицепную технику. Мальчишек стали учить на механизаторов.
А времена начали меняться, в окрестных школах принялись создавать программы и проекты один шикарнее другого. В Фаленках же было не до красивых бумажек: они пахали в прямом и переносном смысле. Пока однажды на каком-то кустовом совещании директору не сказали: “Николай Гаврилович, ты чего слушаешь чужие прожекты, у тебя это все есть, в школе твоей, только ты обо всем молчишь и в конкурсах не участвуешь. А почему?” Вот тогда директор решил свою провинциальную скромность откинуть и выставил школу на конкурс. Итоги? В 1995 - 1996 годах они стали лауреатами всероссийского конкурса “Школа года”, в 1997-м победили в международном конкурсе “Самая красивая школа”. Директор ездил в Москву за наградами, руку ему жали. А ему не до почестей. Ребятишек в школе много, до 120 доходило, забот тоже хватало.
А меж тем деревня старела. Детей здесь учили хорошо, умненькие и сметливые, они без труда поступали в вузы и в Филейку больше не возвращались. Осели разве что бывшие бойцы молодежных отрядов животноводов - СКМОЖев, которые в свое время так испортили многим старше­классникам жизнь. Особенно девчонок жаль: завязли в деревне, теперь ни работы нет, ни женихов. Даже ребенка родить не от кого.
Но тут в деревне появились совсем другие “ребенки”. Они совершали набеги на Филейку из соседних деревень, а случалось, и районов, что-то приворовывали, курили за школой и паслись в огородах местных жителей. Беспризорщину в начале ХХI века нужно было срочно куда-то девать.
И 29 августа 2001 года начальник роно сказала Николаю Гавриловичу: “Поздравляю, теперь вы - директор интерната. Готовьте спальни и столовую, а детей мы вам привезем”. До начала занятий оставалось три дня, а в школе - ни кроватей, ни столов, ни постельного белья. Ездили по совхозам и воинским частям, собирали по крупицам. 1 сентября в интернат привезли первых воспитанников. Их, как кровати, тоже собирали в срочном порядке по району.

Золотая фаленская молодежь

Итак, повторюсь. 1 сентября в интернат привезли первых воспитанников. “Золотая фаленская молодежь”, - попробовал пошутить Николай Гаврилович. Ну, чтобы немного приободрить оробевших учителей и воспитателей. Потому что детки как зашли в комнату отдыха, как начали материться, как вцепились друг другу в волосы - у завуча от ужаса дыхание остановилось: “Николай Гаврилович, школе конец пришел. И деревне тоже”.
И начали они деток приводить в чувство. “Николай Гаврилович! Мальчики по столам бегают, все пельмени у девчонок руками из тарелок повытаскивали и съели!” “Николай Гаврилович! Танька с Анькой разодрались. У Аньки лицо располосовано, а Танька сидит, как тигрица - у нее изо рта волосы торчат, это она Аньку за голову укусила”. “Николай Гаврилович! Парни на косогор ушли, костер разожгли, картошку пекут, лежат на траве и говорят: “В школу не пойдем!” - “Давно лежат?” - “Так уж второй день”. - “А вы?” - “А мы как дедушка Ленин, стоим рядом, уговариваем - дети, надо учиться, учиться и учиться!”
Так становился интернат. Тяжело было всем. Воспитанников хорошо знали в милиции, а их родителей - в суде и прокуратуре. На каникулы иной раз ребенка отпустят, он вернется весь во вшах и чесотке. И босой - мамка с папкой ботинки продали и пропили. А еще, бывает, прибежит через два дня назад в интернат: пришел, рассказывает, домой, там грязные тряпки в углу лежат, а больше нет никого, даже двери кто-то с петель снял. Пешком иной раз шли из Фаленок в школу - а это 60 километров. Знакомый шофер едет, притормозит: “Садись на канаву, жди меня, я назад поеду - тебя прихвачу!” Во как жили! Ребятишек одевали из школьного “секонд-хенда”: кто штаны принесет, кто рубашку. Теперь-то у них детки одеты как картинки в глянцевом журнале, на каникулы их развозят и собирают назад на департаментском автобусе, на всех областных совещаниях о школе говорят только с восклицательными знаками.

Кочегарка с белыми шторками

Теперь и Николай Гаврилович не прочь поговорить “за жисть” и с капиталистическим задором и гордостью демонстрирует интернатовские владения: земли и воды, сады и огороды, три трактора, школьный автобус и автомобиль “Волга”, плуги, сеялки, культиваторы, картофелесажалки и копалки, поливочные машины, мотоблоки. Еще - два овощехранилища: по 11 - 12 тонн картошки выращивают! Морковь, капусту тоннами сдают, лука 800 кг себе, 400 - на продажу, пшеницы сеют по 50 гектаров, все варенья и компоты из ягод собственного сада. В теплице даже зимой - лучок зеленый и петрушка, летом - огурцы и помидоры. Нынче собрали невиданный урожай винограда - это в Фаленском-то районе!
Шесть семей пчел сидят на пасеке под снегом, сотня кур на птицеферме, до трехсот кроликов летом выкармливают, раньше держали перепелов и индюков. В школьном дворе - елочки, их украшают к Рождеству и к Новому году гирляндами, кедры приросли и липы. Землянику заготавливают ведрами, рыжики возят - телегами. Филейские березовые веники хвалят в кировских банях, да и у себя они нарасхват.
Интернатовскую баню срубили восемь лет назад, топят по два раза в неделю, в кочегарке - белые шторочки. Приезжала важная делегация, дамы - с прическами и на шпильках - говорят: “У нас дома на кухне грязней, чем у вас в котельной”. А Злобин - с гордостью: “У меня кочегар - мастер спорта по велогонкам. И непьющий совсем”.
Из интернатовских чудес, кроме непьющего кочегара, - свой спортивный комплекс с 400-метровой беговой дорожкой, комбинированная мастерская, где дети - а классы-то здесь есть и коррекционные! - мастерят макеты домов, дворцов и катеров, и на районных выставках их поделки занимают призовые места.
Особая страница в жизни интерната - производственная бригада. Дети работают на земле не хуже опытных колхозников. В старших классах они умеют все: рубят парники, строят хозяйственные сараи, заготавливают дрова, сеют, полют, обрезают кусты, участвуют и побеждают в конкурсах трактористов и пахарей. В специальной тетрадке отчет “по картофелю”, по зарплате, по всяким-разным продажам и прибыли - 91 тысяча 539 рублей. Впечатляет?
Каждый год в районной газете появляется объявление: “Филейская школа-интернат приглашает учеников”. Желающих много. Приходят совсем “домашние” дети из ближних Мулян и Талицы и из дальних Солдарей и Малахов - потому что здесь хорошо, здесь порядок. Из таких хороших мальчиков и девочек вырастают местные звездочки - золотые и серебряные медалисты Таня Овсянникова, Леша Созонтов, Катя Злобина. Это они приносят школе грамоты, которыми увешана вся стена в холле: за лыжные гонки, за легкоатлетический кросс, за концерт вокально-инструментального ансамбля.
Лыжная база здесь своя, в нынешнем году на лыжи и ботинки- “фишера” потратили больше 70 тысяч рублей. Зато на деревяшках и в кирзе никто уже не ездит. В спортзале вырастают свои чемпионы по многоборью, футболу, волейболу. В библиотеке проводят уроки музыки не хуже, чем в райцентре, читальный зал огромен, как в Герценке. Уроки этикета, кружки “Кудесница”, танцевальный, литературный, фольклорный и росписи по дереву - это запросто. Изолятор - с биотуалетом. Спутниковая антенна. Интерактивная доска. Кабинет химии с вытяжным шкафом, кабинет физики - с аудиторной доской. Парты стоят по специальной разметке и сияют как зеркала, никто на них нехорошие слова теперь не пишет. Актовый зал построили “по договоренности”, в проекте его не было: мягкие кресла, сцена и картины на съемных полотнах - зимний и осенний варианты. Компьютерный класс, в который прокуратура заставила закупить столы и кресла, очень неудобные, но с прокурором зачем же спорить? Есть здесь свой геологический музей и свой “малый” краеведческий музей с самоварами, флагами, парадными формами вожатых и знаменосцев, горнами-барабанами, картами туристских троп, фотографиями ферм, описаниями встреч с ветеранами, альбомами из истории Фаленского района и размышлениями о том, что “нравилось В.И. Ленину из художественной литературы”.
В раздевалках - именные крючки: “Фоминых Сергей”, “Сидоров Семен”, в душевых - горячая вода, все время. Была здесь сауна и даже мечтали о бассейне. В жилом блоке - комнатки на двоих, у девушек - с розовыми шторками и розовыми ковриками, у юношей - в сдержанных бордовых и коричневых тонах. В “Звездном городке” младших мальчишек - строгий армейский дух, которым так дорожит Николай Гаврилович: полотенца развешаны на спинках кроватей “по линеечке”, на покрывалах - ни одной складочки, тапочки - в ряд. За идеальной чистотой в комнатах следит специальная детская комиссия. А плата за такое райское проживание и питание смешная, 130 рублей в месяц. Вот и рвутся сюда дети. Даже переростки : 19-летних, представьте, учат, потому что родители просят - дотяните моего оболтуса до армии. На днях мужик с бородой пришел: возьмите меня в пятый класс. Я, говорит, голодный, бездомный, мне хоть ложись и помирай.
Вот если бы еще молодые учителя сюда бежали с таким же рвением... Хотя совсем молодых брать “невыгодно”. Они работают в школе и параллельно заканчивают пед­институт, набираются опыта и уезжают. А жаль... Здесь ведь не только интересные дети, интерактивные доски, фрукты-овощи со своей грядки, и все это медом полито. Здесь благоустроенные квартиры учителям дают, с мебелью, с газовыми плитами. Здесь классно. Ну, если грант областного правительства “Лучшая школа-2006” Филейка выиграла, а в прошлом году победила в очередной грантовой номинации “Подсобное хозяйство: образовательное учреждение” - так это ведь не просто так, не за красивые глаза?
Педагоги здесь - с терпением и любовью, директор - отличник народного образования, заслуженный учитель России, директор года-96 и прочее, прочее, прочее... Строгий. Умный. И при этом верит в инопланетян и не боится морозов. Нынче на Крещение ходили ночью на реку. Учителя стоят в шубах и спорят - полезет Злобин в полынью или нет. А он ботинки скинул - и в воду. И, что поразительно, никто этому не удивился. Вздохнули - и следом за директором в ледяную реку с головой: обуче­ны-ы-ы...

Ирина КУШОВА.
"Вятский край".

Продаем компьютерные столы с доставкой по Петербургу.