|
Новости
из ВЯТКИ / 14
апреля :
губернатор
Никита Белых направил в налоговые органы декларацию о доходах
| полпред Президента РФ и министр природных ресурсов и экологии
побывали на объекте
"Марадыковский" | водоснабжение
Кирова: реке Вятка ищут альтернативу | правительство области и
правительство Республики Беларусь подписали соглашение
| жители уржумского села Ашлань нашли оригинальный способ
зарабатывания денег | неизвестные мошенники ограбили сразу 7 коммерческих
киосков в Кирове
| судебные приставы
взялись за кировских интернет-должников | в Кирово-Чепецке поднимется
к небу пятикупольный храм
Житейская
история::
Просто
она не любила яблоки
«Дедовщина» в палате № 8
Тетя Капа, по определению, стала последним
подзатыльником в моей болезни. Она появилась в нашей палате №
8 после обеда, по-хозяйски оглядела ее и сказала мне тоном “к
стенке”: “Ты, миленькая, перейди-ка на эту койку, а я лягу у окна.
Мне свежий воздух нужен. Астма у меня”. Я даже “мяв” не успела
выдохнуть, а она уже раскладывала на моей тумбочке свою кружку
и зубную пасту.
Соседка по палате, учительница истории Светочка, отвернулась к
стене, чтобы никто не видел, как она смеется. Но тетя Капа зорким
глазом усмотрела ее непристойное поведение: “А ты, миленькая,
- ткнула она пальцем в Светочку, - сгоняй-ка в буфетную за кипяточком”.
И Светочка покорно встала и пошла. Светочка!!! Которая заведующему
отделением говорила строго: “Стучаться нужно, когда входите в
женскую палату”. И зав. отделением стучался.
Дальше - больше. Тетя Капа устроила в нашей палате “дедовщину”.
Она очень любила мясо, и когда на обед давали гуляш или котлеты,
мы безропотно делились с нею мясными кусочками. Мы также отдавали
ей шоколадные конфеты, которые она заставляла нас выпрашивать
у родственников. По вечерам она садилась пить чай со сладостями,
пела частушки “с картинками”, рассказывала анекдоты и всяческие
истории из собственной жизни и следила при этом, чтобы мы, не
дай бог, во время ее выступления не заснули.
Тетя Капа весила 108 кг, ходила по отделению в шортах из секонд-хенда,
курила в туалете, ссорилась с врачами и взяла за правило поднимать
по ночам сонных медсестер криками “умираю! задыхаюсь!”
Прибегала медсестра, констатировала, что “задыхательства” нет,
мы успокаивались, но тетя Капа успокоиться не могла. Она до утра
ругала администрацию диспансера, управление, департамент и Министерство
здравоохранения, большевиков, депутатов всех дум, губернатора,
президента и... потом она засыпала. Но нам уже приносили градусники
и говорили “доброе утро”.
Словом, тетя Капа всем ужасно надоела и мы попросили, чтобы ей
выписали снотворное. Она растворяла таблетки в чашке, пила маленькими
глоточками, а мы должны были сидеть на кроватях и делать вид,
что ужасно за нее переживаем.
И только когда тетя Капа уходила курить или смотреть в холл телевизор,
мы урывали время для чтения или вязания. Потому что читать и вязать
она нам категорически запрещала. “Миленькие, - говорила она басом,
- кончайте портить глаза, лучше послушайте, что я вам расскажу”.
“Ну, началось”, - думали мы с ненавистью, но возразить боялись.
Россказни тети Капы разнообразием не отличались: они были про
ее сына Игоря, невестку Катю и внучек Маришу и Иришу. Сына тетя
Капа обожала, невестку называла дурой и жабой. Невестка приходила
к ней по вечерам, и тетя Капа, обмотав свои 108 кг двумя одеялами,
ложилась на подоконник и кричала, как полководец: “Где Игорь?
Он здоров? Он здоров, я спрашиваю? Пусть он мне позвонит. Нет,
я сама ему позвоню, пусть он трубку возьмет. Пусть трубку возьмет,
говорю! И не носи мне больше яблоки, я их ненавижу! На, возьми
их обратно!” И в форточку летели яблоки.
Бедная невестка ловила их на газоне, как жонглер. Тетя Капа слезала
с подоконника и задергивала шторы - все, свиданка закончена. “Жаба,
- отдувалась тетя Капа, - дура. Яблоки она носит! Специально,
чтобы меня разозлить!”
Потом нам приносили ужин - омлет или запеканку. Тетя Капа любила
омлет даже больше, чем мясо, и мы послушно подставляли ей свои
тарелки. Она съедала четыре порции сразу. Потом мы ложились спать,
и тетя Капа принималась вспоминать свою жизнь.
Мальчик в матроске
Детскую фотографию Игоря тетя Капа носила в портмоне.
На снимке - кудрявый толстенький мальчик в матросском костюмчике
и почему-то с куклой. “Почему с куклой-то?” - не выдержала я при
очередном показе. “Потому что это раскрывает его сущность. Он
нежный. Ласковый. Добрый. Не то что жена его. Жаба. Тупица. Бестолочь”.
Катя росла в плохой семье. Семья эта была в соседях у тети Капы
и Игорька, и те не раз и не два видали, как пьяненькая мать лупила
свою девочку то веником, то половой тряпкой, кормила слипшимися
макаронами и заставляла потрошить селедку для гостей. Гостей захаживало
много, в основном мужчины. Иногда они оставались ночевать, и тогда
Катя сидела за столом в общей кухне и делала вид, что читает книгу.
Игорек жалел Катю и делился с нею котлетами, играми и носовыми
платочками. За это тетя Капа ненавидела Катю. И еще за то, что
она, Катя, была страшно неблагодарной: стоит, набычится, будто
Игорек ей не конфетку дает, а гадюку!
Катина мама была, по Капиному определению, падшая женщина. Преступная
мать. А тетя Капа - совестливая труженица да вдобавок член месткома.
Она страдала от такого соседства и ждала, когда ей от завода дадут
отдельную квартиру. Муж тети Капы Петр Иванович был начальником
цеха и умер от сердечного приступа на работе. А кто был отцом
Кати, не знала, похоже, даже Катина мать. Но, что самое ужасное,
Катя свою мать жалела и любила и во всем ей старалась подражать:
коротко стриглась, носила платья “в облипочку”, морила себя диетами,
читала Брэдбери и говорила Игорю игриво: “Пойдем пробежимся?”
В эти минуты тетя Капа была готова задушить эту юную дрянь, пусть
даже придется отсидеть по статье за умышленное убийство. А потом
завод действительно дал им квартиру, и тетя Капа уехала из ненавистного
гнезда разврата.
Черепаха по имени Капа
В шестом классе Игорь составлял генеалогическое
древо семьи: оно получилось огромное, на целый ватманский лист.
На самом верху в рамочке красовалось имя мальчика - Игорь. Тетя
Капа надеялась, что спустя годы рядом, в такой же рамочке, появится
имя его жены, у которой генеалогическое древо займет два ватманских
листа.
Но Игорь не женился долго, до 30 лет. А потом привел в дом...
Правильно, Катю. Вот как Игорек занозился-то! Тетя Капа взяла
себя в руки, сказала веселым голосом: “Ну, здравствуй, Катерина!
Какая ты красивая стала!” Накрыла стол. Сели. Выпили по рюмочке.
Поговорили о погоде. Натянуто посмеялись. Потом Катя ушла. А через
два месяца Игорь сказал, что они расписались в районном загсе.
“Как крысы! - бушевала тетя Капа. - Как бомжи без роду, без племени!
Срамота!”
Но это была еще не вся срамота. Катя притащила с собой серую кошку,
совершенно деревенского вида, которая взяла моду прудить в тети
Капины тапки и туфли. А еще она привела девочку, как две капли
похожую на ненавистную Катю. А Игоря словно дурман-травой опоили.
Любил он эту гадину безумно. Дочку ее Маринку удочерил, воспитывал,
как родную. Возил по санаториям, куклы - не куклы, наряды - не
наряды, все покупал для девчонки. Когда у Кати и Игоря родилась
Иринка, тетя Капа вроде смирилась, стала даже понемногу помогать.
Ирочку она любила, водила в музыкальную школу, купила ей сотовый
телефон и золотые сережки. А старшей внучки для нее словно не
было.
Окончательно терпение тети Капы лопнуло, когда она приехала к
родственничкам на 8 Марта. Маринка торжественно вынесла на кухню
черепаху - с морщинистой шеей, противными заплывшими глазками
и толстыми кривыми лапками. “Это кто?” - поинтересовалась бабушка,
чтобы не молчать. “Черепаха, - сказала простодушная Маринка, -
ее зовут Капа”.
Тетя Капа при этих словах покраснела, ушла и дверью хлопнула.
Она думала, что сын позвонит ей с извинениями, позовет обратно.
Она бы покочевряжилась немножко и приехала, куда ей деться-то?
Но Игорек не звонил. Пришлось тете Капе ехать без приглашения.
Дверь открыла Иринка. “Соскучилась по бабушке, моя рыбонька?”
- бросилась к внучке с поцелуйчиками тетя Капа. “Нет. Я тебя не
люблю, - сказала тихая Иринка. - Я бабушку Таню люблю. Она веселая”.
Тетя Капа дождалась Игоря и все ему высказала: “Из-за тебя я в
молодости не высыпалась. Из-за тебя я замуж второй раз не вышла.
Из-за тебя я теперь болею”.
Тетя Капа и впрямь была очень больна. Много лет назад ей сделали
операцию. Потом еще одну - удалили опухоль. Сын взял ее из диспансера
под расписку, нанял врача и сиделку, и они поставили больную на
ноги. Врачи пожимали плечами. Они в открытую говорили - жить вашей
бабушке осталось в лучшем случае год. Она с той поры прожила шесть
лет. Курила. Ела жареное и перченое, мучное и сладкое. Лежала
перед телевизором на диване. И никогда не плакала. Все больные
в палатах этого лечебного заведения плакали, особенно по вечерам.
А тетя Капа нет.
... Через месяц ее выписали. Была как раз смена доброй медсестры
Насти. Настя спросила: “Вас кто встречать придет?”. “Невестка”,
- сказала тетя Капа в раздражении. “Пусть принесет теплые вещи,
сегодня похолодало”. Но тетя Капа из гордости не стала звонить
Кате. Мы видели, как они уходили больничным двором: Катя сняла
с себя курточку 44-го размера, которая сумела прикрыть только
левое плечо тети Капы. А за правое плечо Катя пыталась свою свекровь
приобнять. Потом она остановилась, взглянула на наши окна и побежала
обратно в корпус.
Катя влетела в палату, румяная и хорошенькая, как фея, и принялась
оделять нас яблоками: “Берите, не стесняйтесь, кушайте. Яблоки
очень полезны. В них много железа. Я принесла их маме, не знала,
что ее выпишут. А она опять обиделась. Просто она не любит яблоки
и слышать не хочет об их пользе”. “Капитолина Алексеевна шоколадки
любит”, - съязвила учительница Светочка. “Ой, что вы, ей совсем
нельзя сладкое. У нее же диабет. Разве она вам не говорила?”
... Зимой мы встретились с Катей в театре и, странное дело, узнали
друг друга. “Ну, как там Капитолина Алексеевна?” - спросила я.
“Мамы давно нет, - вздохнула Катя. - Она умерла в ноябре. Легла
спать и не проснулась. Легко умерла. Видимо, была очень хорошим
человеком, не намучилась”.
Ирина КУШОВА.
"Вятский край".
|
