|
Новости
из ВЯТКИ / 8
мая :
кировчанин
вошел в сотню самых богатых людей России | письмо
от Президента РФ отправлено каждому вятскому ветерану | с
Днем Победы Вятку поздравит "УмаТурман" | короли
вятских бензоколонок подозреваются
в монопольном завышении цен на бензин | в начальной школе Даровского
района торговали
пивом и сигаретами | в Кирове определены 24 временных места
для организации выездной торговли продуктами питания | яранской
школьнице большой успех принес Большой Бодун | в Советске
завершено расследование громкого дела об убийстве предпринимателя
День
Победы::
В небе
- Виталий Хлыбов
Он совершил
37 боевых вылетов и сбил 7 фашистских самолетов. А после одного
воздушного боя едва остался жив...
Я давно заметил: время летит словно птица,
а у них, ветеранов и участников Великой Отечественной, в глазах
всегда юношеский блеск, порой неуемный задор, какого не встретишь
и у нынешних молодых людей. Может, это “отголоски” особой довоенной
закалки, когда и детство было полуголодным, и молодость совпала
с войной? Ведь все равно она побеждала, несмотря на непосильные
трудности.
Накануне Дня Победы мы пришли в гости к бывшему летчику 254-го
истребительного авиационного полка Виталию Поликарповичу Хлыбову,
проживающему в Нововятском районе г. Кирова. Как свидетельствуют
документы, этот полк был сформирован в апреле 1941 года и практически
через два месяца вступил в бой. А они, выпускники летного училища,
по существу не имели и должного опыта. Но были отвага, мужество,
стремление бить врага. Впрочем, обо всем по порядку...
С мечтой не расставался
Виталий родился в д. Вшивы Сунского района (название деревни всегда
вызывает улыбку). Она была большой, стояла на красивом месте.
И колхоз хотя и не гремел в округе, но считался довольно крепким.
В семье Хлыбовых было пятеро детей, Виталий - младший. Трудились,
что называется, с утра до вечера (к этому были в те годы приучены
все). У пятилетнего и бойкого Хлыбова с детства был талант - рисовать
(с ним, собственно, он и прошел по жизни). А еще он любил стихи,
особенно Сергея Есенина, и читал его с трогающим окающим вятским
акцентом. Он и теперь с гордостью говорит, что наизусть помнит
многие его произведения.
Закончив школу, Виталий не оставил мечту - стать художником -
и поступил в физкультурно-художественное педучилище. Одновременно
увлекся еще одним полюбившимся ему делом - стал курсантом Порошинского
авиаклуба. А затем поступил в Львовскую летную школу, где и подружился
со многими ребятами, впоследствии ставшими его однополчанами и
друзьями в суровом фронтовом небе.
Фото военной поры
- Я воевал на Волховском фронте, наша эскадрилья
защищала Ленинград, - вспоминает В.П. Хлыбов. - В бою всегда был
ведомым, а другой летчик - Назимов - ведущим. Впоследствии он
стал Героем Советского Союза. Дружили же мы с Сашей Серегиным.
Он - веселый, озорной, на него всегда можно было положиться. Как-то
он уснул и прикрепил к себе записку: “Выше двух тысяч метров не
будить”. Я нарисовал карикатуру, как мой друг укрыт одеялом, а
над ним летит немец и поет: “Спи, моя радость, усни...” Все потом
долго вспоминали этот рисунок...
С фотографий военной поры (а их у бывшего летчика много) на меня
смотрел настоящий... цыган или испанец. Супруга, Елена Ивановна,
все время присутствовавшая при разговоре, периодически дополняла
рассказ мужа. Черноволосый, в летной гимнастерке, накрест перетянутой
ремнями, летчик действительно не смахивал на вятского паренька.
Возможно, потому Серегин по-доброму подшучивал над ним: мол, гроза
девушек и гроза в небе.
- А вот усики ему пришлось сбрить - командиры не разрешили, -
шутит Елена Ивановна.
Последний бой
В памяти ветерана (время, увы, безжалостно), к
сожалению, не сохранились подробности его схваток с фашистскими
истребителями и штурмовиками. А, может, это и к лучшему, ведь
один из боев в 1943 году едва не стал для летчика роковым. Однако
есть небольшая книга “Рассказы о мужестве”, вышедшая в 1978 году
(автор - Лев Хахалин). В ней - описание некоторых героических
эпизодов и В. Хлыбова. Вот один из них:
«Витька погибал у него на глазах, и Сашка ничего не мог сделать,
чтобы спасти своего друга. Грохотали пушки, отгоняя “фоккеров”,
а Витькин самолет, войдя в плоский штопор, кружась, как осенний
лист, падал на землю. Беззвучно шевеля губами, не сознавая, зачем
он это делает, Сашка считал витки: “...четвертый... пятый... шестой...”
И вдруг исступленный восторг исказил его мокрое от слез лицо.
Когда до земли осталось метров триста, а до катастрофы несколько
секунд, самолет вышел из штопора.
- Витька! Витька! - кричал вне себя Сашка. - Витька!..
... Оставшись без бензина и боеприпасов, превратившись из боевого
истребителя в мишень для “фоккеров”, раненный в голову, Витька
не сломился. Нет, не за красивые глаза он получал благодарности
в авиашколе. Потянув на себя ручку, он до отказа нажал на левую
педаль. Истребитель задрал нос, свалился на крыло и вошел в штопор.
Витька искусно имитировал падение сбитого, беспорядочно идущего
к земле самолета, иначе “фоккеры” добили бы его. Помогли и девчонки-зенитчицы.
Они с земли подняли такую отчаянную пальбу, что еще один “вульф”
грохнулся, дымя и завывая, в болото. Почти три тысячи метров штопорил
Витька. Темнело в глазах, прижимало то к правому, то к левому
борту, медленно и плавно, будто огромная граммофонная пластинка,
вертелась внизу бурая земля. Как только стрелка высотомера пересекла
цифры 04, он выровнял самолет. Он не забыл, что левая сторона
поля изрыта воронками, и отжимал машину вправо. Навстречу с бешеной
скоростью наваливалось что-то огромное, черное, с проблесками
зеленого и голубого. И тот миг, когда колеса ткнулись в земную
твердь, стал началом его восьмидневного забытья...
Он не смог рассчитать посадку. Самолет плюхнулся в самом конце
взлетно-посадочной полосы, подпрыгнул, вломился в сосняк и перевернулся
вверх колесами. Все, кто видел эту катастрофу, были уверены -
летчик погиб... Истребитель беспомощно лежал на спине. Первым
к нему подбежал Серегин. Он увидел, что кабина пилота уткнулась
в окоп, отрытый охраной на случай бомбежки аэродрома. Сашка спрыгнул
в окоп. Его глаза оказались на одном уровне с покореженной кабиной.
Он увидел совсем близко черное, распухшее лицо. Витька висел на
ремнях вниз головой. Через разбитое остекление фонаря на дно окопа
медленно капала красная капель...”
После Победы
... Несколько дней младший лейтенант Хлыбов находился
без сознания в госпитале. Очнувшись, в записной книжке, которую
принесла санитарка, левой рукой нацарапал: “Вот и кончилась жизнь
молодая...”
Вскоре к нему в палату в окружении медиков пришел член Военного
Совета Шаповалов и торжественно произнес: “За все подвиги вы награждаетесь
орденом Боевого Красного Знамени!” Как и подобает, летчик Хлыбов
ответил четко: “Служу Советскому Союзу!”
Шаповалов впоследствии и походатайствовал, чтобы Хлыбова перевели
на лечение в Москву. Однако правую руку спасти не удалось...
- Жить не хотелось, - говорит летчик. - Но друзья помогли не сломаться.
День Победы В.П. Хлыбов встретил... на крыше военного госпиталя.
Так он наблюдал праздничный салют весны 1945-го и ликовал вместе
со всеми, в небе уже слышались мирные разрывы.
Послесловие
Закалка и характер помогли летчику преодолевать
и трудности мирных будней. Он закончил пединститут, позже преподавал
не только живопись, но и русский язык, литературу, астрономию...
Словом, был мастер на все руки.
А самое главное - не расстался с любимым увлечением - рисованием.
Правда, делает это левой рукой - научился и этому. Наверно, это
тоже гражданский подвиг.
Еще он счастлив и в другом: с Еленой Ивановной они живут с 1950
года и души друг в друге не чают.
Спросил у Виталия Поликарповича: “А имеет ли он какие-то “гражданские”
звания и награды?”
За него ответила супруга:
- Нет, Виталий всегда был скромником, себя нигде не выпячивал.
И трудился из-за маленькой пенсии почти до 77 лет...
Александр ШИРОКОВ.
"Вятский край".
|
