Ход гроссмейстера: из Парижа в ВяткуПерсона

Борис Васильевич Спасский, взявший мировую шахматную корону в 1969 году и ставший десятым чемпионом мира, приезжал на этой неделе на Вятскую землю, чтобы побывать в селе, где в годы Великой Отечественной войны, будучи в эвакуации, он впервые сел за шахматную доску.

На перроне Кировского вокзала обыденно и немноголюдно... И, похоже, почти никто не в курсе, что вот-вот сюда прибудет поезд, в котором едет легенда советского и мирового шахматного спорта. Конечно, кроме нескольких встречающих, среди которых и непосредственный организатор  этого события  - котельничанин Николай Николаевич Колчанов. Удивительный человек. Фанат шахмат. Он ровесник Спасского и в годы войны учился вместе с детьми, эвакуированными из Ленинграда, в числе которых, по его словам, был один с фамилией Спасский.
А в 1966 году Колчанову посчастливилось играть с Бондаревским - тренером уже знаменитого тогда шахматиста, чемпиона СССР Бориса Спасского. Ну чем не судьбоносные совпадения? Позже, правда,  выяснилось, что детский дом, в котором в годы войны воспитывался будущий чемпион, размещался не в Котельничском районе, а в селе Коршик Оричевского района. Однако это известие не помешало Колчанову в составе депутатской группы выйти на губернатора с инициативой пригласить Спасского. Ведь как ни крути, а карьера великого шахматиста начиналась у нас, на Вятской земле. Никита Юрьевич Белых инициативу Колчанова поддержал.  Официальное приглашение было отправлено на электронный адрес Спасского.  Борис Васильевич откликнулся быстро: сам позвонил и время своего приезда из Франции назначил.
- Мы планировали встречу на май, - говорил мне, стоя на пронизывающем холодном ветру, Николай Николаевич, - а он сказал, что приедет в марте.
Встретить гроссмейстера у “трапа” не получилось: оказалось, он ехал в другом, нежели нам назвали, вагоне.  
Спасский - на перроне. Его трудно с кем-то перепутать. Он высокий, подтянутый, седой бобрик стриженых волос и взгляд... не­обычный, слишком глубокий, проницательный. Беседуем на ходу. По пути к машине, которая должна увезти гостя в Центральную гостиницу.
- Сейчас функция у меня такая, - в очень спокойном, интеллигентно-ироничном стиле замечает Борис Васильевич, - пока живой, надо как пчела успеть все шахматные цветочки облететь.
- Вы едете в Коршик, где в пять лет научились играть в шахматы... А как это было и что привлекло вас в игре?
- Я не научился играть, я  узнал какие-то шахматные ходы. Как это было? Сначала наблюдал, как играют другие, а потом, когда остался один, подошёл к доске, убрал  чёрную пешку от ладьи и чёрной ладьёй съел всю белую армию. Вот начало моей карьеры. А что привлекло - понятия не имею. Мне нравилось, что ладья ходила прямо и всех кушала. Прожорливая была. Вот и всё.
- С Вяткой связаны ещё какие-то события вашей жизни?
- Лет 10 назад в Австрии я познакомился с Акатьевым Николаем Аркадьевичем. Он занимал в Вене какой-то солидный пост. И, представьте, выяснилось, что он родом из Коршика. Вот совпадение!  Я сказал ему, что рано или поздно в этом селе побываю вновь. Просто обязан. И всё же мой приезд состоялся благодаря подвигу Николая Николаевича Колчанова, который сейчас мужественно несёт мой чемодан. Что же касается непосредственно города Кирова, то у меня с ним никаких воспоминаний не связано. Я здесь впервые.
- В декабре прошлого года в Элисте состоялся товарищеский матч между вами и Виктором Корчным. Расскажите об этом.
- А что рассказывать? Два старика набросились друг на друга, молотили друг друга и угомонились  при счёте - 4:4.
- Но вы давно не принимали участия в турнирах...
- Я, в общем-то, отошёл от шахмат, а Корчной продолжает играть...
- Тем не менее те, кто наблюдал этот матч, отмечали, что у вас была хорошая готовность и чувствовался шахматный голод...
- Нет, у меня особой готовности не было. Хотя Корчной и обвинил меня в том, что мои друзья - Юра Балашов и Виктор Купрейчик - мужественно и упорно меня тренировали. На самом деле мы всё время обсуждали, какая закуска лучше. Я хотел кильку в томатном соусе, а они мне говорили, что её сейчас нельзя есть. Так и не дали. Но я прорвался и тайком две кильки слопал... Понравилось. Я и сейчас готов её поесть, хотя меня отговаривают, дескать, килька не та стала.
- Корчной, говорят, обожает провокации, и стиль игры у него атакующий. А ваш стиль какой?
-  Я сонный медведь, но, когда я просыпаюсь, могу быть опасен. У меня большая сила, но мне теперь совсем не хочется эту силу показывать, потому что я потерял мотивацию. Мне стало неинтересно выигрывать. Наигрался. Достаточно. А вот Виктор Львович продолжает бороться.
- Вы проявляете большой интерес  к  истории  государс­тва  Российского,  к  истории белого движения. Это как-то связано с вашей женой - дочерью эмигрировавшего во Францию белогвардейского офицера?
- Нет, это связано с любовью к моей стране. Я давно изучаю её историю. В том числе и историю белого движения. Я ведь по своим убеждениям монархист. И убеждений не менял. Об этом недавно даже говорил Жорес Алфёров. Мы с ним старые друзья, хотя придерживаемся разных политических воззрений.
 - Вы как-то обмолвились, что Россия уже не Россия...
- Да, это уже не Россия. Это какая-то обрезанная страна, страна, потерявшая то, что было завоёвано столетиями, благодаря героизму наших предков.
 - Вы сожалеете об этом?
- Да, я сожалею.  В том числе и потому, что не могу заявить, что я россиянин. Так что я, прежде всего, русский.
-  А что еще, кроме российской истории, вас интересует...
- Ещё? Жареные грибы люблю...
Улыбнувшись, Спасский сел в машину. Через несколько часов у него пресс-конференция и сеанс одновременной игры.

P.S. Вечером в клубе «Вятская ладья» Борис Спасский провел сеанс одновременной игры на 16 досках. Его соперниками были главным образом школьники в возрасте от 7 до 17 лет, среди которых  три кандидата в мастера спорта, восемь перворазрядников... Гроссмейстер победил в одиннадцати партиях, пять закончил вничью,  общий счет этой встречи -13,5:2,5.

Ирина БОБРОВСКАЯ, "Вятский край"

Поместить ссылку в:

Есть мнение по этому поводу? - оставьте свой комментарий.

Имя:
Комментарий:
Код с картинки:

Комментарии: