|
Выигрывал там, где нужноСпорт
12 февраля в Ванкувере откроется ХХI зимняя Олимпиада. В ее преддверии продолжаем цикл публикаций (в сокращенном виде) из готовящейся к печати книги-сборника “Олимпийцы земли Вятской” (составитель-редактор журналист Виктор Чудиновских). Сегодня рассказ о Владимире Меланине.
Из досье
Владимир Меланин (Меланьин). Биатлон. Родился 1 декабря 1933 года в деревне Балыки, по другим данным - в Черной, нынешнего Советского района. Окончил Кировский педагогический институт. Преподаватель. Военнослужащий. В последнее время работал доцентом Кировского политехнического института. Заслуженный мастер спорта. Четвертое место на Олимпийских играх 1960 года. Чемпион мира 1959, 1962, 1963 годов. Чемпион зимних Олимпийских игр 1964 года в гонке на 20 км. Чемпион Советского Союза 1959, 1966 годов.
На первенстве СССР, по итогам которого определялась команда, отправлявшаяся в Инсбрук, он занял лишь пятнадцатое место. Кандидатура тридцатилетнего ветерана встречала столь серьезные возражения, что тренеры сборной едва ее отстояли.
Все же оказали мне доверие
“Да, положение мое накануне Олимпиады 1964 года в Инсбруке, мягко говоря, было сложным. Что там - практически не было у меня шансов войти в олимпийскую команду, - рассказывал в 1980 году Владимир Меланин журналу “Физкультура и спорт”. - Первое отборочное соревнование проводилось в Златоусте. Результат - и говорить о нем неудобно. С падением прошел я дистанцию. Запустил со склона, а в кустах - будто на асфальт наехал. А тут еще винтовка потянула меня - ну и кубарем вниз. Прибежал на стрельбище. Снял винтовку и вижу, что ствол забит землей и снегом. Жуткое это состояние: все в деле, становятся рядом с тобой и поодаль, стреляют, убегают на дистанцию, а ты - ни с места. Долго я ковырял наконечником лыжной палки в стволе, но так и не привел винтовку в порядок. Отстрелялся кое-как, нахватал мешок штрафных минут.
В невеселом настроении ехал я на второе и последнее отборочное состязание. Знал, что нет у меня и малейшего шанса показать приличный результат. Другую цель ставил: несмотря ни на что, я должен был хотя бы в гонке показать высокий результат. Это было по силам. Старался, но в целом мой результат оказался где-то во втором десятке. Стрельба, конечно, подвела.
Ни о какой Олимпиаде я теперь уже и думать не думал. Зашел в номер главный тренер Поликанин, сказал, чтобы я обождал, так как состав команды еще не объявлен. Этому тренеру я многим обязан. Он понял мое состояние, понял, что я не сломлен и неудачи мои - временные, и вызваны они причинами, во многом от меня независящими. Одним словом, дали мне право выступить в Инсбруке.
После этого дело пошло веселее. Все как-то само собой стало получаться. Вскидываю винтовку, стреляю сразу же и почти всегда в цель. Иногда даже небрежно действовал на линии огня, а все равно здорово получалось. Никому я об этом не говорил - сглазить, наверное, боялся. Только с нашим массажистом Валентином Соболевым делился своими впечатлениями. А он мне: “Давай щелкай мишени на здоровье. Выиграешь ты Олимпиаду. Знаю я вас - вятских. Вы народ хваткий”.
Теперь Владимир Меланин не боялся и самого финна Вейкко Хакулинена, который, по словам тренеров и прессы, и шел, как вездеход, и стрелял блестяще. Встретившись как-то с Меланиным, Вейкко спросил его, как дела. Один из финнов сказал: “Мы знаем - у тебя пятнадцать очков, а у нас по двадцать...” “Ладно, пусть думают, что пятнадцать, - решил про себя Владимир. - Там посмотрим. Лыжня и мишень покажут”.
Так и быть должно
Перед самым олимпийским стартом многие прочили победу Хакулинену. Но самым правильным и во многом вдохновившим Меланина стал прогноз Валентина Пшеницына, жившего с Владимиром в одной комнате. Накануне гонки он сказал: “Ты завтра всем врежешь! Вот посмотришь”.
“...Давался старт. Под номером 15 на дистанцию ушел Хакулинен. Владимир невольно залюбовался им. Тот бежал мощно, ходко и вместе с тем как-то поразительно легко. Владимир даже крикнул от восхищения. И вдруг с истинным озорством русского парня заключил: “Ничего, валяй, валяй - поборемся! И с тобой бороться можно”.
Меланин стартовал 23-м. У него был график главного конкурента.
Однако, несмотря на всю боевитость настроения, Меланин начал гонку очень тяжело. Со старта дистанция шла по узкому ущелью, и хотя мороз был 2,5 градуса, дышалось словно в противогазе. Владимир весь обливался липким потом. Со лба он тек на глаза, мешал смотреть, злил. Но Владимир знал, это должно пройти, и тогда он, так же как Хакулинен, полетит, не касаясь земли. Верил в это даже после того, как на третьем километре упал, больно ударив себя винтовкой по спине. “Не хватало снова винтовку изуродовать”, - подумал он с тревогой.
Пока встал и разошелся, потерял секунд тридцать. Но именно это падение стало для него переломным моментом. В нем проснулся напористый упрямец, для которого нет никаких преград.
Как и год назад, когда здесь же проводились соревнования на первенство мира, на шестом километре стоял тренер сборной команды Виктор Баранов: “Проигрываешь Хакулинену минуту десять”.
Ничего, и в прошлом году проигрывал здесь столько же. Так держать.
На седьмом километре - первый рубеж стрельбы. Оказалось, что финн не так уж здорово стреляет - “а у нас по двадцать”. Где ж тут двадцать? Уже не может быть двадцати, потому что первая очередь дала только три попадания. Три, а надо пять. И Владимир проворно, без суеты и единого лишнего движения, лег, прицелился и отстрелял один за другим пять патронов. Встал, спросил тренера Поликарпова: “Как?” Получив в ответ: “Нормально”, подумал: “Так и быть должно”.
Хакулинен шел очень сильно, но просвет между ними уже не увеличивался. Оставались все те же минута десять секунд.
Рад, что сумел оправдать доверие
На четырнадцатом километре стоял первый советский чемпион мира Владимир Кузин. Тот самый, успех которого десятилетней давности так хотелось ему повторить.
- Как иду, Семеныч?
- Хорошо, тезка!
- А стреляю?
- Нормально!
Что это за “нормально”? Почему они не говорят очков? Команду такую - не говорить - кто-то дал, что ли? Вот и Женя Рутковский опять: “Идешь здорово, а стреляешь нормально!” Ну и ладно. Раз нормально, значит, все в порядке. Значит, все пули, что выпущены, не улетели мимо. Все наши.
После пятнадцатого километра потеплело, снег подтаял, и лыжню закатали до блеска. Она сверкала, как два железнодорожных рельса, на солнце. На подъемах началась отдача. Но Владимира теперь ничто не смущало. Он чувствовал безграничный запас сил. Хотелось петь. А внутренний голос предупреждал: “Не забудь на последнем рубеже переставить прицел на “сто”.
Вот и последний огневой рубеж. “Стойка”, до мишени сто метров. Меланин снова подумал о прицеле и увидел несущегося ему навстречу массажиста команды Валю Соболева. Владимир бросил на него встревоженный взгляд.
- Спо-кой-но, спо-кой-но, - задыхаясь, прохрипел тот. - Не забудь про прицел.
- Знаю, - с облегчением выдохнул Владимир.
Подошел к огневому рубежу. Сделал несколько глубоких вдохов. Вскинул винтовку. Хотел прицелиться, а ноги, словно кто-то ударил под колени, подогнулись. Чуть не сел на снег. Со злостью, до хруста в суставах, выпрямился и только тут понял, как устал. Первый выстрел громыхнул неожиданно, и Владимир решил, что промазал. Этого только ему теперь и не хватало. Со злой настойчивостью стал целиться. Один за другим прогремели последние четыре выстрела.
Владимир не знал, что по телевизору его показывали уже как чемпиона Олимпиады, взявшего реванш за поражение в Скво-Вэлли. Да и надо ли было это знать, если еще впереди около трех километров гонки?
Отстрелял. Услышал привычное “нормально”. И побежал. Через несколько минут усталость, от которой только что подкашивались ноги, стала проходить, и он снова пошел в полную силу. Перед самым финишем услыхал, что отыграл у Хакулинена 49 секунд. Это было приятно, хотя теперь и не имело значения. Хакулинен вывел себя из игры за медали плохой стрельбой: выбил всего 14 очков.
Первый, кто подбежал к Владимиру после финиша, был заслуженный мастер спорта Виктор Андреев.
- Молодец, Володя! - своей веселой скороговоркой сказал знаменитый в прошлом прыгун с трамплина.
- Как стрелял?
- Нормально... 20 очков. Да чего там. Ты же - чемпион!
...Над городской площадью взвились два советских и один норвежский флаги. Вторым был наш Александр Привалов, а третьим норвежец Олав Йордет”.
Отвечая на вопросы журналистов, Владимир Меланин - “чудо-человек”, как назвал его известный английский обозреватель Питер Уилсон, скажет: “Я, конечно, очень доволен своей победой. И рад, что сумел оправдать доверие тренеров и товарищей по команде”. Тогда же про него напишут: “Меланин еще раз подтвердил, что он выигрывает там, где нужно, там, где победа ценится на вес золота”.
"Вятский край"
Есть мнение по этому поводу? - оставьте свой комментарий.
Комментарии:
|
